Именем палача: нужно ли переименовать улицу Ашихина в Ставрополе?

Глава красного террора на Ставрополье, «красный палач» ставропольской революции… Эти и многие другие номинации можно встретить в отношении Дмитрия Ашихина, чьё имя сегодня носит одна из улиц краевого центра. Стоит ли переименовать этот спорный топоним: вернуть ему историческое название или же дать ему новое имя? Может ли это грозить сложностями для жителей? И стоит ли вообще лезть в историю имен городских улиц? Попробовали разобраться.
Сегодня в Ставрополе вновь поднимается вопрос о переименовании улицы Ашихина. Так, недавно сообщение главе Ставропольского края в Instagram написала жительница города Ангелина Жаркова.
В нашем городе есть много улиц, названных в честь «героев» Красной армии. По этому поводу можно много спорить… Улицы Ленина и Морозова, Шпаковская и Ипатовская и т.д. Но есть название улицы, которое я считаю чудовищной ошибкой – ул. Ашихина!
Ангелина Жаркова
В своём обращении Ангелина Жаркова приводит выдержки из публициста Ильи Сургучёва:
Сначала Ашихин долго глазом знатока смотрел на него, словно примерялся, и соображал: Много ли с этим будет возни, каким инструментом лучше обработать его? И потом, словно для пробы, брал одну из лежащих перед ним сабель, взвешивал ее в руке, ловчился, прищурив левый глаз, и сразу мгновенным ударом отсекал человеку ухо. Потом тем же приемом отсекал ему руку. Человек падал на землю. Стон, кровь, проклятия, мольбы убить сразу не действовали на Ашихина…
Как сообщила собеседница АТВмедиа, она уже готовит обращения в городскую администрацию и министерство культуры.

Тема поднимается уже не первый раз. К вопросу обращались такие краеведы, как Герман Беликов (подробнее об Ашихине он писал в «Ставропольской голгофе») и Николай Блохин.

В 2020 году писатель Иван Любенко собирал подписи для петиции. Тогда он предлагал сменить фамилию Ашихина на имя Германа Беликова – в честь краеведа, который первым поднял вопрос об изменении топонима. Инициатива спровоцировала обсуждение со стороны краеведов и СМИ: тогда многие высказывались за двойные названия улиц и избирательный подход к изменению топонимов. Впрочем, тогда развития история не получила.

Кто такой Дмитрий Ашихин?

Дмитрий Ашихин родился в 1894 году. В годы становления советской власти был начальником Ставропольского гарнизона и руководил карательным отрядом. Был одним из руководителей так называемой «ставропольской варфоломеевской ночи» – красноармейского террора в городе в ночь с 19 на 20 июня 1918 года. В том же году при отступлении «красных» он, переодевшись в гражданскую одежду, пытался выведать обстановку в тылу врага. Его заметили местные жители и передали «белым». Затем его повесили на Преображенской площади (позже именно она и получила его имя).

Как отмечает директор ставропольского музея-заповедника имени Г. Н. Прозрителева и Г. К. Праве Николай Охонько, чаще всего при упоминании Ашихина ссылаются на два источника: памфлет Ильи Сургучёва «Бесы русской революции» и материал Тимофея Ольбинета в журнале «Донская волна». Эти источники принадлежат двум журналистам. По словам Охонько, Илья Сургучёв был местным жителем, хорошо знал и тонко чувствовал Ставрополь. После перерыва он вернулся в родной город и ему рассказали, что здесь происходило. На основе рассказов и собственных наблюдений в «Бесах русской революции» Сургучёв описал руководителей, которые стояли во главе города – Пономарев, Коппе и Ашихин – но особо выделил последнего.
Параллельно тему раскрыл Тимофей Ольбинет, корреспондент «Донской волны». Отчасти он тоже мог использовать материалы Сургучева, но дополнил их собственными наблюдениями. И Ашихин у него тоже встал на первое место по своей жестокости. Документальных подтверждений зверствам красного комиссара нет, но
существует версия, что в плену Ашихин сам сознался, об убийстве им 42 человек.

Наиболее существенным источником можно назвать материалы «Особой следственной комиссии по расследованию злодеяний большевиков». Комиссия появилась по распоряжению командующего вооруженных сил Юга России генерала Деникина в 1919 году. В Ставрополе она расследовала события, которые происходили с января по июнь 1918 года. При расследовании комиссия отрицала основания революционной законности, которыми руководствовались красные (в соответствии с ними любой солдат или рабочий может на свое усмотрение арестовать любого человека, предъявить любые обвинения и даже убить). Следователи опирались на законодательство Российской империи. Возглавлял комиссию опытный московский юрист и общественный деятель Мейнгардт. С ним в комиссии также были девять опытных следователей с высшим юридическим образованием. На местах к работе привлекались местные кадры.

Прежде всего, комиссия столкнулась с недостатком документов, которые могли бы показать количество арестованных и расстрелянных граждан. Делопроизводство фактически не велось. Более-менее достоверные сведения были получены через ставропольскую тюрьму. Главным местом расправы было юнкерское училище, бывший дом командующего – сейчас на его месте находится Дом книги. Там располагалась одна из штаб-квартир красного террора: туда приводили пленных, содержали их и проводили пытки. Рядом с училищем находился парк. Там, среди столетних дубов и совершались расправы. Разумеется, почти ничего из этих событий не документировалось.

Если взять данные ставропольской тюрьмы, с соблюдениями формальных гарантий правильности ареста (когда задерживали хотя бы по какой-то процедуре, более-менее имея что-то на руках) были арестованы 54 человека. Без соблюдений правил, но хоть с какими-то записями о процессе задержали 269 человек. И совсем без оснований и документации в тюрьме оказались 71 человек.
Нужно понимать, кто и для чего мог оказаться врагом для красного террора: не только те, кто был против нового строя власти, но и те, кто принадлежал заведомо враждебным сословиям – буржуям, священникам. Второй момент, о котором нужно знать – это институт заложничества. Чтобы население держать в страхе, представители красного террора выборочно брали заложников и содержали их в тюрьме. Если происходили действия против советской власти, заложников могли убивать. И в качестве таких пленных были взяты 63 человека.

В целом из всех жертв красного террора в Ставрополе хоть как-то задокументированы всего 457. Часть из них были убиты, часть оказались в заключении и только некоторых освободили. Даже этих документов достаточно, чтобы можно было говорить о терроре в этот период.

Дальше я все-таки доверяю Сургучеву и Ольбинету, которые выделяли Ашихина главным палачом из всех, кто тогда стоял во главе этого советского строя. Это, конечно, в большой степени негативная личность.

Николай Охонько

Как появилась улица Ашихина в Ставрополе?

Улица Ашихина находится недалеко от студенческого городка ставропольских колледжей. Расположилась она между Серова и Горной. На карте Ставрополя Ашихин появился в 1937 году. Тогда Президиум горсовета переименовал 80% городской топонимики.

У руководства был страшный дефицит с идеями – они не знали, как называть улицы. А поменять ведь нужно было всё. 1937-й год – это год 20-летия революции. Надо было «поднять на щит» всех героев – от Пономарева, Трунова и Ипатова до Михаила Морозова и Дмитрия Ашихина. Отвлекаясь, скажу, что в энциклопедическом словаре Ставропольского края ни Ашихина, ни Морозова не найти. Историки нулевых годов, хоть многие из них еще исповедуют советскую идеологию, поняли, что этих людей отражать в ставропольской истории уже некорректно. А вот в 1937 году логика была следующей: Ашихина же арестовали и расстреляли белые. Значит, жертва и герой.
Николай Охонько
На месте, которое подобрали для имени красного комиссара, находилась Преображенская церковь. И в честь прихода получили название площадь и 1-я и 2-я Преображенские улицы. Их-то и заменили 1-я, 2-я улицы Ашихина и одноименная площадь.

После переименований 1937 года на карте вообще появилось много повторяющихся названий: шесть улиц Ежова, восемь Мичурина. В 1951 году эту оплошность решили исправить. Во время новой волны переименований одной из двух улиц Ашихина дали фамилию Минина. А в 1999 году площадь Ашихина оказалась застроенной студенческим городком. Получилось, что площадь на карте есть, а в жизни ее уже нет. И тогда решением 28 июля 1999 года площадь Ашихина упразднили. И осталась только одна улица.

Нужно ли переименовать улицу Ашихина?

В вопросе переименования улиц Ашихина стоит в списке обсуждаемых среди первых. Тем не менее, точки зрения на эту идею могут различаться. Так, историк Николай Охонько отмечает, что в этой теме нужно быть корректным в терминологии:

– Говорить о переименовании улиц было бы не совсем уместно – думаю, логичнее говорить о возвращении исторического названия. В дискуссии об улице Ашихина поступали предложения переименовать её в улицу имени Германа Беликова – известного ставропольского краеведа. Такой поступок будет некорректным. Смотрите, что получится: у этой улицы было историческое название – Преображенская, по расположенному здесь храму Преображения. Затем это первоначальное историческое название переименовали в Ашихина. Но если имя этой личности недостойно быть в топонимике города, то не стоит ли как бы стереть его из городской памяти и возвратить исторический топоним?

Когда-то на карте города было 212 исторических названий. К настоящему времени сохранилось только 23.

Народная топонимика очень красноречива. Через топонимы народ писал свою историю живым и доступным языком – как песни и сказки. Город жил, развивался – и от событий, особенностей ландшафта улицы и называли. Это бесценное наследие. Если улицы называли по фамилиям, то тех людей, которые формировали город. Человек строил дом для себя, рядом обживались члены его семьи, вырастали небольшие фабрики и лавки, на которых они работали.

Всё это перечеркнули. И поэтому сейчас очень трудно возвращать исторические названия. Если есть шанс – им надо пользоваться. Тем более преображенский приход сейчас возрожден. Церкви ведь играют градостроительную роль, роль очагов духовности, культуры и общения. А вплетать в эту ошибку Германа Алексеевича неправомерно.

Есть и еще одна причина. В 90-е годы перед историками поставили вопрос о том, кого необходимо увековечить на Аллее почетных граждан города. Важно было, чтобы это были не только защитники и те, кто внес трудовой вклад, но и ставропольские летописцы. Так сформировался ряд краеведов: Иосиф Бентковский, Григорий Прозрителев, Владимир Гниловской. Все эти люди выдающиеся, и Герман Алексеевич стоит в их ряду и на их плечах. И увековечивать его имя в названии улицы в то время, когда его предшественники в плеяде не удостоились этой чести – на мой взгляд, некорректно.

Нужно ли переименовывать советские улицы?

Процесс смены названий естественен для любого города. Так, главная улица города, проспект Карла Маркса, не раз менял своё имя задолго до революции. Безусловно, улицы носят в себе изменения: границ города, смены хозяев и идеологий. Тем не менее, некоторые наименования выглядят неорганичными для топонимики, утверждают историки.
Переименовывать улицы не надо. Надо наименовывать или возвращать исторические названия. Конечно, это сложный момент. Например, бывшая улица Семинарская сейчас носит имя Пушкина. Хотелось бы вернуть исторический топоним – но бороться с поэтом? Самый изящный выход – на этой улице разместить двойные названия. А вот улица Михаила Морозова называлась Гимназической – на ней находилась первая на Кавказе мужская классическая гимназия, которая воспитала ценные кадры для всего Северного Кавказа. И её «принесли в жертву» такой неоднозначной фигуре со сложной биографией, что вряд ли можно назвать оправданным.

Ключевым является вопрос о проспекте Карла Маркса. Это историческая ось города. У нее было до 12 разных названий. В 1851 году улице дали имя императора Николая I, внёсшего большой вклад в жизнь города. Затем переименовали в проспект Сталина. Позже Сталина развенчали и растерялись. Представляете, какие две фигуры до этого были? Кого после них? Тогда и пришли к компромиссу – Карлу Марксу. Он, конечно, был выдающимся человеком – но к топонимике Ставрополя вряд ли может иметь отношение. А локальная история должна иметь приоритет.
Николай Охонько

А в Ставрополе уже переименовывали улицы?

В отличие от более крупных городов, в Ставрополе постсоветского пространства не прокатилась волна переименований. Тем не менее, инициативы по возвращению исторических имён или переименования улиц всё же были.

Вообще для того, чтобы решить проблему городской топонимики, нужно определенное политическое мужество. Эта тема довольно острая, она раскалывает общество. В Москве, Петербурге в 90-х годах на волне подъема успели вернуть многие названия: от Китай-города до Невского проспекта. И ничего плохого не случилось. А Ставрополь не успел. Первая робкая попытка восстановления исторической топонимики была в 1992 году. Не скрою, я имел к этому отношение. Главой города был Михаил Кузьмин. Мы тогда занимались Крепостной горой: изучали её, объявили культурно-заповедной территорией. И задумались над тем, что историческая колыбель города живет с искусственной топонимикой. Во всей зоне Крепостной горы предложили вернуть исторические названия.
Николай Охонько
Так, площадь возле бассейна «Юность» до революции называлась Александрийской, улица Советская тоже была Александрийской. Переулок Баррикадный назывался Андреево-Владимирским спуском. Переулок Ярославский – Думской улицей, потому что там исторически размещалась дума. Пионерский пруд – Сипягиным. И все эти названия могли вновь появиться на карте города. 19 июня 1992 года постановление о возвращении исторических названий приняли. Оставалось только администрации Октябрьского района выполнить все работы по переименованию. Этого не было сделано, и вопрос повис в воздухе.

Еще одно переименование (не возвращение исторического названия) произошло в 2005 году. Речь идёт об улице Коминтерна. До революции она называлась Властовской, в честь ставропольского губернатора. В конце 90-х годов ХХ века встал вопрос о возвращении названия.
Тогда администрация города не решилась это сделать, инициативу отклонили. А в 2005 году на волне юбилея Победы «нашли» имя Маршала Жукова – его и присвоили этой улице. Могу сказать, что это не самое плохое переименование.
Николай Охонько

Нужно ли менять документы жителям переименованной улицы?

В вопросе переименования улицы есть еще одни немаловажные участники – ее жители. Как правило, зачастую именно они являются главными противниками инициативы. Во-первых, потому что привыкли. Во-вторых – боятся юридической стороны вопроса. Что нужно будет срочно менять документы, и это будет дорого и сложно.

Генеральный директор юридического центра «Де факто» Михаил Самарин отмечает: в городе не так часто улицы меняют своё название, так что прецеденты из практики рассмотреть не получится. Для понимания ситуации нужно разобраться, как происходит переименование с юридической стороны.

По вопросу переименования улиц есть федеральный документ, который администрация каждого населённого пункта адаптирует для себя. В Ставрополе такое постановление, регламентирующее порядок изменения наименований всех скверов, улиц, дорожных сетей и так далее, приняли в 2018 году. В нем как раз рассматриваются все вопросы, связанные с изменением наименований – топонимов, имен собственных, присваивания территорий.

Поменять название чего-либо или присвоить чему-то имя можно на основании предложений инициатора. Это может быть орган местного самоуправления, инициативная группа не менее 50 человек или юридическое лицо. Инициатор должен обратиться в специальную топонимическую комиссию. В предложении он должен указать вид объекта, предлагаемое наименование объекта и его мотивированное обоснование, основание аннулирования наименования, карту-схему (чтобы понять, где объект находится) и краткую историческую справку – о личности, именем которой стоит или не стоит называть улицу.
Как переименование улицы отразится на её жителях? В целом, особо никак. Закон не обязывает людей дополнительно бегать, суетиться, что-то менять в своих бумагах, паспортах, даже в документах на дом. Но нужно понимать, что при следующем «касании» с недвижимостью (например, при прописке, продаже и так далее) органы могут попросить дополнительного уведомления. По идее, при переименовании улицы постановление рассылается по всем ведомствам, налоговым, реестрам, паспортным столам. Специально ходить куда-то не нужно. Но на практике оно может где-то затеряться и потребоваться дополнительно. Увы, как показывает практика, любая сфера, связанная с документами и тем более с недвижимостью, не лишена несовершенств: пробелов в законодательстве, бюрократических проволочек и прочих неудобств. От ошибок никто не застрахован.
Михаил Самарин
Единственная организация, которую нужно уведомить о смене адреса – это банк (при условии, что у жильца есть кредит). Если квартира находится в ипотеке, заявитель обязан уведомлять банк о любых изменениях, касающихся объекта, письмом. Лучше прикрепить к нему постановление. Сделать это не сложно. Стоит проверить любые отношения с банком – он зачастую просит сообщать о любых изменениях, касающихся жилья, от перепланировки до переименования улиц.

Еще одна категория, которой стоит сообщить об изменениях – это индивидуальные предприниматели. Раньше налоговым кодексом и законодательством было установлено, что при смене адреса ИП нужно уведомлять налоговую. По идее, в ситуации смены названия улицы этого делать не нужно. Но опять же, можно в лишний раз соблюсти определенную правовую осмотрительность и на всякий случай написать заявление и уведомить налоговую.

Но в целом ничего катастрофически страшного в этом процессе нет. Процедуру переименования пройти можно.

Михаил Самарин
К слову, вскоре после переименования в 2005 году улицы Коминтерна Николай Охонько провел эксперимент и позвонил в несколько точек на улице Маршала Жукова и спросил – были ли проблемы у жителей. Некоторые даже этого не помнят.

Так менять название или нет?

Между тем в спорах историков остаются неучтёнными пара моментов. Во-первых, не всегда учитывается человеческая привычка. Нередко народная топонимика адаптирует даже «насаждаемые» названия: они вплетаются в язык, обрастая сокращениями и жизнью, самостоятельной от имени личности. Так названия улиц, пусть даже и ошибочные, входят в городскую историю. И избавляться от них – будто отдирать выцветшие, но знакомые советские обои с дореволюционной штукатурки. Но с другой стороны, история сохраняет следы от всех поступков.

Глядя на карту города или проезжая по нему, задаешься вопросом: а почему улицы города названы фамилиями тех или иных людей? Мы отметили на карте Ставрополя все улицы, носящие чьи-то фамилии и собрали о них информацию.